Как старенькый тостер

15

Не так давно во время разговора с Джорджей я случаем наткнулся на идея о наилучшей авто маркетинговой кампании в истории.

Прогнозируя вопрос — да, идет речь о Хэндэ.

Я задумывался, как отлично будет работать девиз:
«Наши авто самые неопасные в мире».

Многие задумываются, что это не плохая причина приобрести Хэндэ заместо другого Volvo.
В конце концов, это намного дешевле, и, так как это самый неопасный в мире, он должен быть огромным и вложенным.
Миллионы гостей лет сорока в бежевых штанах атакуют выставочные залы, вооруженные кредитными картами Tesco и справками о доходах.

Но будет также группа скептиков, которые, почесывая головы, спрашивают: «Подождите, подождите … Но на каком основании Хэндэ делает такие смелые заявления? У их должно быть какое-то подтверждение этого!

И тут я объясню вам гениальность моей идеи.
Как можно сломать то, что не водит?

Большая часть Хэндэ находятся или в обслуживании, или на стоянках из-за того, что их колеса отвалились.
Те, которые работают, либо еще не покинули производственную линию, либо движутся как чернокожий в лесу с телегой, полной бананов.

В этой ситуации более возможной предпосылкой погибели в Хэндэ является падение на него пылающего метеорита либо погибель от старости при обгоне перед вами матиза.

Возможность этих событий составляет от 1-го до 1-го млрд, потому по статистике это самый неопасный автомобиль в мире.
Я даже вымыслил маркетинговый щит, который можно повесить на оживленных дорогах:

Как старенькый тостер

Соник — ты спрашиваешь в гостевой книжке, почему я катаюсь по Хэндэ.
Я помогаю ему, так как он не водит.

Стоит на веб-сайте.

У моего друга по работе есть Red Getz. Это даже казалось мне обычной машиной. Малая красноватая коробка (мы называли его Тамагочзи) на идиентично малеханьких кружках, сделанных небольшим человечком с небольшим мозгом и небольшим карандашом, который держал в малеханькой азиатской руке.

Любопытно — Getz — 1-ая машина в мире, у которой нет мотора под капотом, но есть обученная блоха по имени Грег.

Поначалу я был приятно удивлен видом достаточно красового тахометра на приборной панели. Но, когда после поворота ключа Грег начал петь хиты Джорджа Майкла, я сделал вывод, что этот тахометр тут так же нужен, как писсуары в лесбийском баре.

Вождение этого автомобиля было так размыто от всех воспоминаний, что мне показалось более мягеньким просто плавать на кусочке сала, плавающего в море растопленного масла.

Тут нет ничего, что могло бы привлечь мое внимание даже на мгновение и заинтриговать меня так, чтоб я возжелал остаться в этой машине еще на минутку. Тумблеры скучны, как комедии серии polsat, из сероватого пластика, а приборная панель не была похожа на грудь Кейт Мосс.

Юноша, который проектировал этот автомобиль ранее, был, возможно, дизайнером, работающим на шинном заводе в Зимбабве, который прославился в области дизайна круглой шины в черном цвете.

Сопоставление вождения автомобиля с вождением этого Getz похоже на сопоставление действия в женском общежитии с клубом производителей колбас. У меня нет прирожденной ненависти к Хэндэ. У меня никогда не было такового, и у меня его точно не будет.
Это машина, которая через дюжину лет либо около того завершится как старенькый тостер — в мусорном баке.

Приблизительно через 10 лет Хэндэ не будет стоять в гараже, отполированном его юным обладателем. Люди не будут носить полированные кресла BBS и recaro. Никто не будет посиживать на Ebay в поисках уникальной крышки подстаканник.

Они просто кидают его в металлолом и приобретают что-то еще.

Как старенькый тостер …