Я боюсь того, что я не понимаю (и это много)

7

Вы даже не представляете, как забавно обычный человек может включать и выключать свет при помощи железной ручки. Это малость похоже на игры с плавниками середины 1980-х годов и относится к той же категории ручной фортуны, что и открытие новейшей кофейной банки с игрой с трещоткой 1/4 дюйма и пузырьковой пленкой.

У меня есть такая система флиппера в моем e30, и каждый раз, когда я жду на парковке либо на жд переезде, я играю с ней, попеременно перепрыгивая через все доступные опции. Он даже имеет встроенную регулировку подсветки часов (вы должны повернуть ее вбок), которая в купе с 2-мя степенями расширения дает вам такое ручное 3D, что голова болит.

В один прекрасный момент я практически стопроцентно разрядил батарею, так как запамятовал, что габаритные огни работают при выключенном зажигании, а батарея в узенькой батарее такая же вместительная, как и моя голова.

После ночной зарядки он продолжается в среднем два пуска (вот почему у меня звучный будильник) и, самое большее, момент работы без работающего генератора (вот почему я много пью эспрессо).

В дополнение к этому тумблеру, в узеньком я также имею старенькые, отличные ползунки нагревательной панели (они работают с приятным, мясистым сопротивлением, и при установке хорошей температуры они настолько же точны, как противопехотная мина) и аналоговые часы, установленные в месте, где я думаю, что тахометр должен быть (с другой стороны, почасовая система в купе с наблюдением фаз Луны и приливов лучше подходит для контроля ускорения старенького карбюратора M10).

У этого автомобиля также есть целый ряд других элегантных игрушек — очаровательные полукруглые отверстия вентиляции в центре доски (они падают в каждом отверстии), архаичные ручки лобового стекла, у каких передаточное число ужаснее, чем у сундука в Seat Ibiza, откидной локотник в центре заднего дивана либо растирание по пластику порнухи хранения кассет.

Более того — стулья восхитительно скрипят и мягенькие, будто бы они изготовлены из пены йо-йо, а в интерьере настолько не мало света, что в солнечный денек человек ощущает себя так, как будто посиживает в большенном парчовом террариуме.

Даже солнцезащитные козырьки имеют блестящую блестящую отделку, на которую можно повесить глаз и временами делать их очень малеханькими.

Гласите что желаете, но из таких вещей должна быть собрана машина — крошки осязаемой радости, к которым можно прикоснуться с ухмылкой, поглядеть на нее и по мере надобности затянуть их отверткой.

Таковой обычный — это крестик, чтоб его не было.

На мой взор, все сводится к тому, что автомобиль во всей его трудности должен уметь узнавать и осознавать относительно обычным методом. Что-то вроде внутренней бритвы — вам не надо знать правила, которые принуждают движок крутиться в правильном направлении, но взор на размещение шестерен, тумблеров и кабелей должен дать вам ясное понятие о том, что тут делается.

Мне вправду не нравится, когда я нахожу в машине что-то, чего не понимаю.

Когда, играя с карбюратором, я увидел все эти пылесосы, клапаны и движки, у меня появилось такое внутреннее желание немедля отключить все это от ада и поглядеть, что будет позже. Не то чтоб у меня была определенная цель — мне просто было любопытно, что же все-таки это такое и зачем.

Вот почему мне так нравятся все легкие решения — кабели, сухожилия, защелки, мембраны либо даже обыкновенные моторы и серводвигатели. Я просто понимаю их. И длительное время конкретно так создавалось большая часть автомобилей — решения, которые мог бы освоить обыденный человек, держащий ящик для инструментов в шкафу в прихожей.

Уровень трудности понятен большинству логически мыслящих людей. Элементы, разбросанные по моторному отделу, не заключены в общий корпус, что мешает добраться до того, что, черт возьми, и что он по сути обслуживает.

Позднее, но, технический прогресс вызвал все более высшую степень трудности отдельных компонент — до того времени, пока мы, в конце концов, не достигнули точки, когда для перехода к одним только компонентам мотора требуется даже несколько часов работы и снятие бессчетного количества крышек (установленных как гнев на тех, кто ломается от самого краны и клипы). Все укрыто под пластмассовыми крышками и толстыми проволочными пучками.

Если честно, мне незначительно обидно.

Не то чтоб я не знал, почему и почему все это было там — сейчас, имея в собственном распоряжении все эти подушки безопасности, модули Блютуз и шестерни, чувствующие наше настроение, не много кто готов дать все это в обмен на вибрирующий лист под ногами, работая с сопротивление управляющего колеса и риск быть убитым в сфере, превращенной в мякоть, сжигающей металл только поэтому, что мы так желали, чтоб эти несколько кг были съедены подкреплением и системами безопасности.

Ах так работает прогресс.

Но я сожалею о том, что больше не будет машин с видимыми нагими винтами снутри, тонкими сторонами блока рисования и миниатюризмом, не больше, чем полностью нужные панели устройств — даже если под ними посиживают все модули, подушки и умные компы.

Это достаточно удивительно, ведь в протяжении многих-многих лет эта видимая «механика» автомобиля никого не волновала. Только позднее, не зная почему, оголенная головка винта была так же плоха, как яичка, случаем выскользнувшие из ноги старого теннисиста.

Я не понимаю, что конкретно надоело людям, что они поменяли все на эту надувную конструкцию, пахнущую рециклингом и дешевеньким пластиком. Это не имеет особенного смысла, если учитывать, как обычная простота и легкость преуспели за эти годы.

Потому, если вы желаете сейчас ездить на автомобиле, который вправду обладает таковой механической, понятной жизнью, вы должны достать коробку с наклейкой «90-е годы». И рыться в нем, пока не достигнешь фактически дна — только там ты отыщешь вещи, которые могут осознать обыкновенные смертные.

А в старенькых, больше коробках еще есть больше.

И желаете веруйте, желаете нет — время от времени стоит положить туда лапу.